Статьи

Турецкие учебные заведения в Иракском Курдистане: история и современное положение (школы Гюлена и фонда «Маариф»)

Аннотация

DOI 10.31696/2618-7302-2020-4-280-294
Авторы
Аффилиация: Институт Востоковедения
Журнал
Раздел Исторические и политические науки//Экономика и политика стран Азии и Африки в XX и XXI вВ.
Страницы 280 - 294
Аннотация Статья посвящена деятельности турецких образовательных учреждений в Иракском Курдистане, которые с начала 1990-х гг. стали вести активную деятельность в этом регионе. Показано значение турецких учебных заведений в Курдистане в продвижении позитивного образа Турции и формировании протурецкой прослойки среди местной элиты. Образовательные структуры Фетхуллаха Гюлена присутствуют во всех провинциях Курдистана, являются наиболее престижными и пользуются большой популярностью среди местной элиты. Вершиной системы империи Гюлена стал созданный в 2008 г. университет Işık (c 2018 г. — Tishk International University), ставший центром притяжения не только для местных жителей, но и для части курдов Турции, уезжающих в Южный Курдистан на обучение. Разгоревшийся в конце 2013 г. конфликт между Р. Т. Эрдоганом и структурами Гюлена привел к давлению турецких властей на руководство Курдистана с целью принудить последних закрыть учреждения Гюлена. Однако руководство Курдистана отвергало требования Турции, заявляя о большом вкладе школ Гюлена в развитие региона. Лишь после попытки т. н. военного переворота в Турции 15–16 июля 2016 г., в организации которого был обвинен Гюлен, курдистанские власти, формально закрыв образовательные учреждения «Хизмет», перевели их под контроль властей Курдистана. Турецкие власти, не сумев добиться от руководства Курдистана ни закрытия, ни передачи им школ Гюлена, осенью 2018 г. начали достаточно активное расширение сети школ фонда «Маариф», созданного при министерстве образования Турции. Таким образом, конфликт между турецкими властями и движением Гюлена привел лишь к расширению сети турецких школ в этом регионе, что является важным фактором внешнеполитического вектора властей данного региона.
Для цитирования: Мосаки Н. З. Турецкие учебные заведения в Иракском Курдистане: история и современное положение (школы Гюлена и фонда «Маариф»). Вестник Института востоковедения РАН. 2020. № 4. С. 280–294. DOI: 10.31696/2618-7302-2020-4-280-294
Ключевые слова
Получено 20.01.2021
Дата публикации
Скачать DOC Скачать DOCX Скачать JATS
Статья

DOI: 10.31696/2618-7302-2020-4-280-294

ТУРЕЦКИЕ УЧЕБНЫЕ ЗАВЕДЕНИЯ В ИРАКСКОМ КУРДИСТАНЕ:

ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

(ШКОЛЫ ГЮЛЕНА И ФОНДА «МААРИФ»)

© 2020 Н. З. Мосаки[1]

Статья посвящена деятельности турецких образовательных учреждений в Иракском Курдистане, которые с начала 1990-х гг. стали вести активную деятельность в этом регионе. Показано значение турецких учебных заведений в Курдистане в продвижении позитивного образа Турции и формировании протурецкой прослойки среди местной элиты. Образовательные структуры Фетхуллаха Гюлена присутствуют во всех провинциях Курдистана, являются наиболее престижными и пользуются большой популярностью среди местной элиты. Вершиной системы империи Гюлена стал созданный в 2008 г. университет Işık (c 2018 г. — Tishk International University), ставший центром притяжения не только для местных жителей, но и для части курдов Турции, уезжающих в Южный Курдистан на обучение. Разгоревшийся в конце 2013 г. конфликт между Р. Т. Эрдоганом и структурами Гюлена привел к давлению турецких властей на руководство Курдистана с целью принудить последних закрыть учреждения Гюлена. Однако руководство Курдистана отвергало требования Турции, заявляя о большом вкладе школ Гюлена в развитие региона. Лишь после попытки т. н. военного переворота в Турции 15–16 июля 2016 г., в организации которого был обвинен Гюлен, курдистанские власти, формально закрыв образовательные учреждения «Хизмет», перевели их под контроль властей Курдистана. Турецкие власти, не сумев добиться от руководства Курдистана ни закрытия, ни передачи им школ Гюлена, осенью 2018 г. начали достаточно активное расширение сети школ фонда «Маариф», созданного при министерстве образования Турции. Таким образом, конфликт между турецкими властями и движением Гюлена привел лишь к расширению сети турецких школ в этом регионе, что является важным фактором внешнеполитического вектора властей данного региона.

Ключевые слова: Турция, Ирак, Курдистан, турецкие школы в Иракском Курдистане, структуры Гюлена, образовательная экспансия Турции, фонд «Маариф», элиты Иракского Курдистана.

Для цитирования: Мосаки Н. З. Турецкие учебные заведения в Иракском Курдистане: история и современное положение (школы Гюлена и фонда «Маариф»). Вестник Института востоковедения РАН. 2020. № 4. С. 280–294. DOI: 10.31696/2618-7302-2020-4-280-294

TURKISH EDUCATIONAL INSTITUTIONS IN IRAQI KURDISTAN:

HISTORY AND CURRENT SITUATION

(GÜLEN SCHOOLS AND THE MAARIF FOUNDATION)

Nodar Z. Mossaki

This article is devoted to the activity of Turkish educational institutions in Iraqi Kurdistan, which have been active in the region since the beginning of the 1990s. The article shows the importance of Turkish educational institutions in Kurdistan in promoting a positive image of Turkey and forming a pro-Turkish stratum among the local elite. Fethullah Gülen’s educational structures are present in all the provinces of Kurdistan; they are considered the most prestigious ones and are very popular among the local elite. The Gülen empire system came in full force in 2008 with Işık University (titled Tishk International University since 2018), which has become a centre of attraction not only for residents but also for part of the Kurds of Turkey who come to South Kurdistan to study. The conflict between R. T. Erdogan and the Gülen structures that broke out at the end of 2013 resulted in pressure from Turkey on the Kurdistan authorities to force the latter to close the Gülen institutions. However, the Kurdistan leadership rejected Turkey’s demands, claiming the significant contribution of Gülen schools to the development of the region. It was only after the so-called military coup attempt in Turkey on July 15–16, 2016, which Gülen was accused of organizing, that the Kurdistan authorities formally closed Hizmet educational institutions and transferred their management under the control of the Kurdistan authorities. The Turkish authorities, having failed to get the Kurdistan leadership to either close or hand over Gülen schools, in the autumn of 2018 began a fairly active expansion of the network of schools of the Maarif Foundation, established under Turkey’s Ministry of Education. As a result, the conflict between the Turkish authorities and the Gülen movement only led to the expansion of the Turkish schools’ network in this region, which is an important factor of the foreign policy vector of the authorities in this region.

Keywords: Turkish schools in Iraqi Kurdistan, Gülen movement, Turkish educational expansion, Maarif, the Kurdish elite

For citation: Mossaki N. Z. Turkish Educational Institutions in Iraqi Kurdistan: History and Current Situation (Gülen Schools and the Maarif Foundation). Vestnik Instituta vostokovedenija RAN. 2020. 4. Pp. 280–294. DOI: 10.31696/2618-7302-2020-4-280-294

С начала 1990-х гг. образовательные учреждения, созданные последователями известного турецко-исламского религиозного деятеля Фетхуллаха Гюлена (род. в 1941 г.), стали существенным элементом в образовательной сфере в Турции [Başkan-Canyaş, 2016] и экспансии этой страны в различных регионах мира. Движением Гюлена к середине 2016 г. за пределами Турции в 170 странах были открыты 767 образовательных учреждений, из них 63 в Африке, 222 — в Азии, 150 — в Европе, 315 — в Северной Америке [Yarar, 2020]. Школы движения Гюлена (движения «Хизмет») [Yavuz, 2013; Hendrick, 2013], до 2012–2013 гг. считавшегося союзником ныне правящей в Турции Партии справедливости и развития (ПСР, AKP) [Киреев, 2014], воспитывая будущие элиты в различных странах в духе любви к Турции и к турецкой культуре, считались одним из главных рычагов мягкой силы, своеобразными «послами доброй воли Турции» [Bozkurt, 2008] в реализации внешнеполитических задач этой страны. По словам бывшего директора департамента зарубежного образования министерства образования Турции Айсала Айтача, опубликовавшего о турецких школах за рубежом книгу “Sulh Adacıkları” (тур. «Острова мира»), их открытие по всему миру стало наиболее успешным шагом Турции за последние годы. Эти школы способствовали росту интереса к Турции, содействовали превращению турецкого языка в международный. Он утверждал, что «ХХI век станет веком турок благодаря турецким школам» [Aytaç, 2010].

В бытность президентом А. Гюль отмечал, что, при намерении открыть посольство Турции в странах, где Анкара ранее не имела дипломатических представительств, власти обнаруживали, что во многих из них уже действовали турецкие школы, способствовавшие продвижению турецкой культуры и созданию благоприятного образа Турции [President Gül, 2012]. Таким образом, турецкие школы за рубежом стали крупнейшим негосударственным проектом в истории Турции, своеобразными мостами между Турцией и соответствующими странами.

Особо важное значение деятельность «школьной империи» Гюлена приобрела в регионах, которые Турция традиционно считает прилегающими зонами особого внимания, в первую очередь, на Кавказе, в Центральной Азии [Demir et al., 2000; Yanik, 2004; Akçalı, Engin-Demir, 2012; Başkan, 2014, p. 856; Clement, 2011; Gaynor, 2017, p. 476–477; Balci, 2003], на Балканах и на Ближнем и Среднем Востоке. В этой связи весьма интересен опыт деятельности турецких образовательных учреждений в Иракском (Южном) Курдистане, который, учитывая исторические и международно-политические обстоятельства, все же занимает особое место, обусловленное специфическими, «курдскими», весьма важными для Турции факторами, затрагивающими ее фундаментальные интересы, поскольку с момента основания Турецкой Республики курдский вопрос является одним из наиболее важных для этой страны. Значение Южного Курдистана с точки зрения «курдского вопроса» существенно превышает его размеры, поэтому ситуация в нем «и вокруг него в значительной мере определяет состояние всего курдского вопроса» [Лазарев, 2007, с. 46]. Кроме того, Иракский Курдистан, представляющий своеобразный «задний двор» Турции (точнее — Турецкого Курдистана), традиционно является военно-стратегической базой для курдов из этой страны, а огромные запасы энергоресурсов данного региона, его импортный потенциал для турецких товаров и услуг имеют большое экономическое значение. К тому же, для Турции Иракский Курдистан представляет собой «ворота» в Ирак.

В начале 1990-х гг. Иракский Курдистан находился в тяжелейшем социально-экономическом кризисе, обусловленным последствиями конфликта с Саддамом Хусейном, междоусобной борьбой, нередко перераставшей в боевые действия, вторжениями турецких войск под предлогом преследования повстанцев Партии рабочих Курдистана (PKK), эмбарго (в т. ч. и в образовательной сфере) со стороны иракских властей и т. д. Создание в 1992 г. «зоны безопасности» севернее 36-й параллели положило начало процессу институционализации фактически независимого положения курдов от центральных властей в Багдаде. В это время в Курдистане стали действовать различные организации и фонды движения Гюлена, начавшие заполнять вакуум, возникший после ухода иракской администрации. Наиболее показательной в этом смысле стала работа образовательных учреждений, которые сразу же стали наиболее престижными в регионе.

Образовательные учреждения «империи Гюлена» в Южном Курдистане, как и во всем Ираке, действовали при финансовой поддержке организации Fezalar Educational Company (далее — Fezalar), представляющей своеобразный холдинг, созданный представителями происламского турецкого капитала[2], ведущего бизнес в Иракском Курдистане и занявшего основную долю южнокурдистанской экономики. Основное финансирование группы Fezalar осуществлялось предпринимателями из Анатолии, осуществлявшими значительный объем строительных работ в Иракском Курдистане [Pandya, 2014, p. 89], преимущественно из Газиантепа, который считается одним из «анатолийских тигров» Турции, и где большое влияние ныне имеют происламские предприниматели курдского происхождения.

Становление системы образовательных учреждений Гюлена

в Курдистане

Первой турецкой школой, учрежденной структурами Ф. Гюлена в Южном Курдистане, был колледж Işık («Свет») для мальчиков, открытый в 1994 г. в столице региона — в городе Эрбиле. Как отмечал глава Fezalar, кроме этой компании в Иракском Курдистане действовали лишь представители двух турецких организаций — разведки и Красного полумесяца. На следующий год в Эрбиле был открыт еще один колледж (Nilüfer). Сразу же после начала в 1996 г. вооруженного конфликта между двумя ведущими военно-политическими силами Курдистана — Демократической партией Курдистана (ДПК) и Патриотическим союзом Курдистана (ПСК), приведшего к изгнанию ПСК из курдской столицы и формированию отдельной администрации в Сулеймании под его контролем, в этом городе был создан колледж имени Салахэддина Эйюби (1996 г.) и лицей для девочек (последняя ступень средней школы, 1998 г.). То есть, школы Гюлена в Курдистане создавались с учетом политических особенностей этого региона, как на территории, контролируемой ДПК, так и в регионе ПСК, хотя отношения с ДПК, находящейся с учетом общей границы с Турцией под влиянием этой страны, были более тесными.

Таким образом, к началу второй половины 1990-х гг. в двух крупнейших городах Иракского Курдистана действовали четыре образовательных учреждения среднего и старшего школьного возраста «империи Гюлена». Примечательно, что на территории остальной части Ирака школы Гюлена в то время не функционировали. Широкомасштабное проникновение турецких образовательных учреждений в Иракском Курдистане стало наблюдаться после свержения Саддама Хусейна. В Эрбиле начали действовать одноименные начальная школа (1–5 классы) (2005 г.), в 2006 г. — детский сад — Işık. Тогда же (в 2006 г.) была открыта начальная школа в Сулеймании. В 2007 г. начал работать лицей (10–12 классы) Чаг (Çağ) в Киркуке, находящемся за пределами административных границ Региона Курдистан, но который курды традиционно считают частью Курдистана (в Киркуке проживает также значительное количество арабов и туркоман). В 2008 г. были учреждены два колледжа (для мальчиков и девочек), начальные школы в Дохуке и Сарчинаре (провинция Сулеймания), колледж в районе Соран (провинция Эрбиль). Тогда же был создан колледж в Киркуке, позже структурами Гюлена была основана школа в Мосуле и в других иракских городах.

Таким образом, к 2008 г. школами Гюлена были охвачены все административные центры провинций Южного Курдистана и двух других важнейших городов Северного Ирака. В августе 2010 г. между организацией Fezalar и министерством образования Курдистана было подписано соглашение об открытии колледжа в Халабдже (Колледж имени шахидов (мучеников)). Открытие школы в городе Халабджа, ставшей символом страданий курдов после применения иракскими баасистскими властями в 1988 г. химического оружия против местного мирного населения, рассматривалось как символический жест, усиливая популярность турецких образовательных учреждений и Турции в Иракском Курдистане. В 2012 г. в колледж в Халабдже было принято 286 учеников, далее ежегодно туда поступало около ста человек. При этом обучение в Халабдже, в отличие от школ в других городах, бесплатное.

Итак, к 2016 г. во всех провинциях Иракского Курдистана (Эрбиль, Сулеймания, Дохук) и в провинции Киркук, большинство районов которой также в 2014–2017 гг. находилось под контролем курдистанской администрации, были созданы все ступени дошкольного и полного среднего образования (около 30 учебных заведений разного уровня, в общей сложности на территории Ирака — 40). Кроме региона Курдистан и Киркука, школы Гюлена действовали в других крупнейших городах Ирака — в Мосуле, Багдаде, Басре и Анбаре[3]. Таким образом, школами Гюлена охвачены все важнейшие регионы Ирака, начиная от Дохука на северо-западе страны и заканчивая Басрой на юге.

Количество учеников турецких школ в Южном Курдистане особенно резко стало расти после свержения в Ираке баасистского режима и далее после 2012 г. Так, в 2006 г. в школах Гюлена в Южном Курдистане обучалось 1,7 тыс. человек, в 2007 г. — около 2,2 тыс., в 2008 г. — 3,4 тыс., в 2010 г. — 5,5 тыс.,[4] в 2012 г. — 6,5 тыс., а в 2016 г. — 12,7 тыс. На школы Гюлена в Иракском Курдистане приходилось около 85 % всех учащихся турецких школ в Ираке.

Наибольшее количество учреждений Гюлена от дошкольного образования до старшей школы (10) расположено в провинции Эрбиль. Не считая университета, в Эрбиле обучается около 6 тыс. человек. Обучение в этих школах в Южном Курдистане, как и в других школах Гюлена за пределами Турции, происходит на английском языке (лишь в некоторых странах Африки — на французском). Кроме того, в них усиленно изучается турецкий (он является и преимущественно языком общения в школе, в связи с тем, что почти все учителя — выходцы из Турции), а также, но уже в несколько меньшей степени, местные языки. В Иракском Курдистане в качестве местных языков изучаются курдский и арабский. В связи с этим высказывается даже мнение, что под предлогом обучения на английском языке, на самом деле, происходит продвижение турецкого и маргинализация курдского языка, что сразу же заметно даже по внешнему виду соответствующих учебников [Saeidi, 2017, p. 22–23]. Таким образом, получается, что курдское национально-освободительное движение вело борьбу с центральными властями Ирака не за образование на курдском языке (как декларировало), а за создание для курдистанской элиты англо-турецкой образовательной среды.

Школы Гюлена имеют хорошую материально-техническую базу и относительно высококвалифицированный преподавательский состав. По уровню подготовки они, очевидно, среди лучших школ Курдистана, но не более того, несмотря на пропаганду структур Гюлена, утверждающих, что образование в этих школах одно из лучших в мире. Для перевода в них (в среднюю и старшую ступени) необходимо иметь высокие баллы по успеваемости. Наиболее высокие баллы в Ираке (в т. ч. и в Курдистане), особенно по естественнонаучным предметам, получают выпускники именно школ Гюлена. Кроме того, для учащихся школ организуются олимпиады по различным предметам. До недавнего времени лучшие учащиеся школ Гюлена в Ираке вывозились на Международную олимпиаду по турецкому языку в Турцию. Образовательные учреждения Гюлена для утверждения своего благоприятного образа регулярно выделяют гранты для бесплатного обучения. Так, в 2015 г. было объявлено о выделении 35 бесплатных мест в университете для детей пешмерга, погибших в борьбе с ИГИЛ[5], и 50 мест в средних учебных заведениях. Двумя годами ранее 15 мест было выделено для беженцев из Сирии[6].

Школы, деятельность которых высоко оценивается руководством Курдистана[7], считаются одними из наиболее престижных в регионе и пользуются большой популярностью и поддержкой среди курдистанской элиты. В них обучались и обучаются представители семей Барзани, Талабани, членов политбюро ДПК и ПСК, министров, других высокопоставленных персон, богатых семей, а также вернувшихся в Южный Курдистан европейских курдов[8], то есть вся южнокурдистанская элита. Даже на открытии начальных школ, как правило, присутствует руководство соответствующих провинций[9]. При этом власти региона высоко оценивают эти школы, по их словам, не только из-за высокого уровня естественнонаучного образования, но и благодаря «ценностям». Турецкие школы особенно популярны среди туркоманского населения Курдистана, которое имеет преимущества при приеме в эти учебные заведения.

До 2002 г. образование в школах Гюлена в Южном Курдистане было бесплатным. Ныне стоимость обучения составляет от 2,8 тыс. (в детском саду) до 3,7 тыс. долларов США в лицее (не считая расходов на униформу, питание и учебники).

Как правило, большинство преподавателей турецких учебных заведений — граждане Турции и почти отсутствуют преподаватели из Иракского Курдистана [Küçük, 2013]. Среди граждан Турции это как этнические турки, так и немало курдов (из Турции) [Balci, 2003, p. 161]. Курды составляют весьма значительную часть в движении Гюлена, особенно в низшем и среднем звене, и являются в основном выходцами из небогатых многодетных семей, получившими образование благодаря поддержке структур Гюлена.

В целом школы Гюлена в Курдистане действуют по той же схеме, что и в других странах. Преподаватели активно занимаются миссионерской и воспитательной работой [Yavuz, 1999, p. 598; Tittensor, 2014; Tittensor, 2015], подробно изучают личные качества и взгляды учащихся, весьма тесно общаются с учениками во внеучебное время, становятся для них своеобразными духовными наставниками, осуществляющими протурецкую обработку, упакованную в исламскую риторику под лозунгами «мира и братства» [Akyol, 2008; Cicek, Koca, 2013], для предотвращения возможного недовольства прямым навязыванием турецкой идеологии [Balci, 2018, p. 71–72]. Именно по этой причине еще задолго до конфликта гюленистов с Р. Т. Эрдоганом были закрыты школы Гюлена в России и ряде стран Центральной Азии, поскольку очевидно, что школы и джамааты Гюлена продвигают именно турецкий национализм [Saeidi, 2017, p. 21–23; Balci, 2003, p. 166–167; Koyuncu-Lorasdaği, 2010; Hendrick, 2013, p. 197].

Сторонники Гюлена утверждали, что школы движения «Хизмет» укрепляют доверие между Турцией и Иракским Курдистаном, а также, учитывая высокий уровень обучения, служат культурно-образовательным потребностям иракских курдов [Akyol, 2008]. Наиболее талантливым ученикам предлагалась поддержка для продолжения обучения в Турции в учебных заведениях, близких к Гюлену. Примечательно, что в этих школах (в отличие от других школ Южного Курдистана) ранее не изучался и не звучал гимн Курдистана[10], а упор в воспитательном процессе делается на мусульманскую, а не курдскую идентичность учащихся. По сути, учебные заведения Ф. Гюлена с самого начала своей деятельности фактически находились вне юрисдикции южнокурдистанских властей. При этом гюленисты и не скрывали, что их деятельность направлена на укрепление единства Ирака [İstegün, 2011], что категорически противоречит декларируемым намерениям властей и народа Курдистана.

Однако власти Курдистана (и ДПК и ПСК) единодушны в полезности школ Гюлена и регулярно заявляют, что эти школы предоставляют местной молодежи уникальные возможности, благодаря подготовке на высоком уровне по курдистанским меркам учащихся по естественнонаучным предметам. Ранее группа Fezalar приводила сведения о поступлении выпускников школ Гюлена в 2015 г. в университеты, согласно которым в вузы поступило 386 человек (общее количество выпускников школ не приводится, однако, по нашей оценке, должно быть не менее 1 тыс.). Из них на различные инженерные направления поступило 147 человек, на медицину в широком смысле (включая стоматологию, микробиологию, фармацевтику и др. направления в медицинских вузах или на медицинских факультетах университетов) — 137, на ветеринарию — 3, на естественнонаучные, сельскохозяйственные и другие технические специальности — 44, на ELT (English Language Teaching; педагоги для обучения английскому языку лиц, не являющихся носителями английского языка) — 19, на бизнес и управление — 18, на правоведение — 3, на другие гуманитарные направления — 15. Таким образом, почти 86 % поступило на негуманитарные направления, куда требуются хорошая школьная подготовка и высокие баллы по сложным предметам на национальных экзаменах, а на правоведение — менее 1 %, что нетипично для Иракского Курдистана. Большинство выпускников выбрало инженерные направления и медицину, что в целом укладывается в идеологию движения «Хизмет», ориентирующего своих последователей на специальности, предоставляющие большие возможности с точки зрения будущей карьеры и ожидаемых доходов — в первую очередь, инженерные специальности, а также медицину, но в меньшей степени, например, непосредственно научную карьеру в естественнонаучных направлениях [Tee, Shankland, 2013, p. 229]. Подавляющее большинство выпускников поступили в государственные вузы Ирака (в первую очередь Курдистана и Киркука), а из негосударственных вузов страны — большинство в англоязычный Американский университет в Сулеймании и Университет Ышык (о нем см. далее). За рубеж уехало учиться 66 человек, в т. ч. в Турцию 45, в основном в вузы Гюлена в Турции, закрытые турецкими властями в 2016 г. (стамбульский Университет Фатих (12 человек), газиантепский Университет Зирве (10) и др.) и государственные провинциальные вузы. Лишь 1 человек поступил в престижный турецкий вуз (Университет Хаджетеппе, математика); 9 продолжили обучение в различных вузах Иордании, 5 — на Украине, по 3 — в России (по специальности «инженер-нефтяник»)[11] и на Кипре, по 1 — в Египте, США (Акронский университет в Огайо, информационные технологии) и Китае (Шанхайский университет, архитектура). Таким образом, заявления последователей Гюлена об очень высоком уровне образования в школах движения «Хизмет» по естественнонаучным предметам лишь отчасти подтверждаются практикой. Даже несмотря на преподавание на английском языке, выпускники этих школ в Курдистане лишь в исключительных случаях попадают в известные мировые вузы.

Университет

22 ноября 2008 г. в Эрбиле на базе созданного в 1994 г. колледжа был открыт одноименный университет (Ishik, Işık, Ышык), ставший вершиной образовательной системы империи Гюлена в Иракском Курдистане, где могли бы продолжить обучение выпускники турецких лицеев Южного Курдистана, а также другие абитуриенты, по различным причинам не сумевшие поступить в средние турецкие учебные заведения.

На церемонии открытия университета присутствовал тогдашний премьер-министр Курдистана Нечирван Барзани (ныне президент Курдистана), депутаты парламента Турции от Партии справедливости и развития, генеральный консул Турецкой Республики в Мосуле. Н. Барзани отметил в выступлении, что университет станет еще одним мостом отношений Турции с Регионом Курдистан, пообещав всячески содействовать развитию университета. Министр иностранных дел Турции Али Бабаджан направил поздравительное послание по поводу открытия университета, хотя в нем говорилось лишь о том, что новый вуз внесет вклад в восстановление Ирака, без упоминания Курдистана.

Университет ежегодно принимает часть студентов из Турции; по нашим сведениям, в основном это этнические курды. Это обстоятельство является весьма важным, так как приток «своих» курдов в южнокурдистанские вузы вызывал у турецких властей определенное беспокойство. С конца 1990-х гг. университеты Иракского Курдистана стали принимать студентов из других частей этнографического Курдистана, выделяя для них бесплатные места. Студенты весьма высоко оценивали возможность «учиться по-курдски и жить как курды», чего они лишены в своих странах. Для предотвращения потока турецких курдов в университеты Южного Курдистана Совет по высшему образованию (YOK) заявлял о непризнании дипломов, полученных в университетах Южного Курдистана, считая, что полученное в них образование неравнозначно турецкому высшему образованию, а обучающиеся в университетах Южного Курдистана попадали в поле зрения органов безопасности Турции, что, однако, вряд ли могло предотвратить поток турецких курдов в Южный Курдистан. При этом для решения курдской проблемы внутри страны звучали призывы турецких политиков активизировать деятельность в образовательной сфере именно по отношению к южнокурдистанской молодежи. Таким образом, создание в Южном Курдистане турецкого вуза, способного стать центром притяжения не только для местных жителей, но и для части курдов Турции, уезжающих в Южный Курдистан на обучение, стало важным шагом, усиливающим идеологическое влияние Турции.

Часть курдских студентов (других вузов Южного Курдистана) выступала против создания университета Işık. Против создания университета выступали и некоторые курдские националисты, преимущественно турецкие курды, утверждавшие, что структуры Гюлена содействуют распространению тюркизма, и посредством своей сети организаций (образовательных учреждений и различных фондов) ведут деятельность (в том числе и шпионскую) против Южного Курдистана. Однако руководство Курдистана отвергало подобные заявления, утверждая, что турецкий университет соответствует лучшим образовательным стандартам, и будет служить народу региона. Более того, правительство оказывало материальную и инфраструктурную помощь университету Гюлена.

Обучение в университете Işık проходит на английском языке, за исключением юридического факультета, где языком обучения является арабский. В связи с этим первый год обучения посвящен подготовке по английскому языку, причем Işık стал одним из центров изучения английского языка в Курдистане и первым центром сдачи TOEFL в Эрбиле. Кроме этих языков, в университете обязательными предметами являются турецкий и курдский языки. Таким образом, выпускники вуза владеют, как минимум, четырьмя языками. Фактически обучение в университете началось в 2009 г. В 2008 г. прием осуществлялся лишь на подготовительное отделение по английскому языку. В университете ныне восемь факультетов: стоматологии, фармацевтики, инженерный, естественнонаучный, педагогический, сестринского дела, экономики и управления, юридический (на арабском языке). Примечательно, что, хотя в 2010 г. Совет по высшему образованию Курдистана закрыл медицинские факультеты во всех негосударственных университетах в связи с огромным выпуском в них дипломированных врачей с низким качеством обучения, профессия которых считается наиболее престижной в южнокурдистанском обществе, однако факультет стоматологии Университета Ышык стал единственным среди негосударственных вузов, сохранившим медицинское образование. В 2013 г. была введена в строй крупнейшая стоматологическая университетская клиника в Иракском Курдистане, в церемонии открытия участвовали заместитель председателя правящей в Турции Партии справедливости и развития Хусейн Челик, вице-премьер Ирака Рож Нури Шавейш, министр высшего образования и научных исследований РегПК Али Саид, губернатор Эрбиля Наузад Хади и другие представители курдистанского руководства. В 2014 г. во второй столице Иракского Курдистана — Сулеймании, на которую фактически не распространяется власть Эрбиля, был открыт филиал университета, приняты учащиеся на подготовительные курсы, а в 2015 г. на инженерном факультете и факультете экономики и управления начали обучаться первые студенты.

Ныне численность студентов в университете составляет около 2,5 тыс. человек, преподавателей — свыше 100 человек. Ежегодный прием в университет составляет почти 500 студентов. 60 % студентов университета — девушки. Обучение в университете платное и составляет от 1 до 8,5 тыс. долларов в год. Самая низкая стоимость обучения по направлению «математика» на педагогическом факультете, самая высокая на факультете стоматологии. На остальных специальностях стоимость обучения составляет от 3 до 5 тыс. долларов в год. Ежегодно университет, до 2016 г. активно сотрудничавший с турецкими вузами, входящими в империю Гюлена, выпускает около 300 дипломированных специалистов.

Проблемы и перспективы

Разгоревшийся в конце 2013 г. конфликт между тогда еще премьер-министром Р. Т. Эрдоганом и структурами Гюлена привел к беспрецедентному давлению турецких властей на лица и организации, связанные с «империей Гюлена» и обвиняемые руководством Турции в создании «параллельных структур». Соответственно, была развернута атака на образовательные учреждения Гюлена. В Турции были закрыты многочисленные подготовительные курсы для поступления в вузы, школы, организованные соратниками Гюлена, около полутора десятков университетов, многие сотрудники этих учреждений были арестованы. Турецкие власти стали обращаться с просьбой к лидерам других стран закрыть школы и вузы «террористической организации Гюлена». Во время визита Нечирвана Барзани в Турцию в феврале 2014 г. Р. Т. Эрдоган настаивал на прекращении работы школ Гюлена в Иракском Курдистане, хотя на тот момент глава правительства Курдистана, неоднократно заявлявший о своей большой симпатии к Гюлену (см., например: [Barzani, 2010]), как и лидеры многих других стран, отверг просьбу Эрдогана, заявив ему о высоком качестве обучения в этих школах и большой их популярности среди курдистанских высших слоев [Güler, 2014]. Примечателен организованный 10-дневный опрос на сайте крупнейшего южнокурдистанского медиахолдинга Rûdaw, считающимся близким к Н. Барзани, в котором приняло участие 6,7 тыс. человек, подтвердивший высокую популярность турецких школ в регионе — три четверти высказались против их закрытия[12].

Учитывая функциональную суть школ Гюлена за рубежом, очевидно, что национальные интересы гюленистов и Эрдогана, в широком смысле идентичны, а конфликт между ними является в какой-то степени «внутрикорпоративным», тем самым, даже в ныне существующих в Турции внутриполитических обстоятельствах контрагенты образовательных структур Гюлена за рубежом не превращаются автоматически в противников Эрдогана. Просьбы Эрдогана по закрытию школ воспринимались лидерами Курдистана как личные. Однако попытка т. н. военного переворота в Турции 15–16 июля 2016 г., в организации которого был обвинен Гюлен [Yavuz, Koç, 2016], привела к еще большему усилению давления на власти тех стран и регионов, в которых имеются учебные заведения Гюлена.

Для установления контроля над школами Гюлена по инициативе Эрдогана в начале 2016 г. в системе министерства образования был создан фонд «Маариф», развернувший деятельность уже после попытки т. н. путча. Турецкие власти стали убеждать руководства тех стран, на территории которых имелись образовательные учреждения Гюлена, передать их в управление Турции или закрыть, а сотрудников – депортировать. Страны, имевшие с Турцией партнерские отношения (например, Пакистан), либо в какой-то мере зависевшие от помощи Анкары (Афганистан, некоторые страны Африки, Балканского полуострова), передали эти школы фонду «Маариф», начавшему открывать также новые школы для предоставления альтернатив обучающимся в школах Гюлена в тех странах, власти которых отказывали Турции в их закрытии. К концу апреля 2018 г. фонд «Маариф» получил контроль над 108 школами (9,6 тыс. учащихся), ранее входившими в образовательную империю Гюлена[13], к середине 2019 г. в 270 школах фонда «Маариф» обучалось уже 30 тыс. учеников в 35 странах, из них 200 школ в 17 странах ранее принадлежали структурам Гюлена[14]. В середине 2020 г. образовательная сеть фонда «Маариф» включала в себя 333 школы и 40 тыс. учащихся в 43 странах, из них 19 стран передали фонду «Маариф» 214 школ, в некоторых странах были созданы новые школы[15] [Yarar, 2020]. Примечательно, что более трети всех школ фонда «Маариф» приходится на Пакистан (77) и Афганистан (45), а более половины (182) — на шесть стран (также Мали, Камерун, Сенегал и Танзания). Фонду также принадлежит университет в Тиране.

Однако многие страны, в первую очередь, страны Запада, но и государства в других регионах мира, отказывали Анкаре в ликвидации учреждений Гюлена, в некоторых странах гюленистам удалось перерегистрировать их под видом германских (в Эфиопии) или французских (Сенегал) организаций. В конце апреля 2019 г. министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу заявил[16], что школы FETÖ[17], как называют турецкие власти движение Гюлена, все еще действуют в 75 странах, в 18 странах переданы фонду «Маариф»[18], а в 22 странах (в т. ч. в России, Узбекистане, Туркменистане, и др.) — закрыты, причем закрытие этих лицеев в России произошло задолго до конфликта Эрдогана с движением Гюлена и вызывало недовольство турецких властей, прилагавших в то время большие усилия для расширения образовательной сети Гюлена. Некоторые страны полностью отказывали турецких властям, часть (например, Грузия) — под сильным давлением Анкары в течение нескольких лет аннулировала лицензии у гюленовских образовательных учреждений, позволив открыть при этом школы фонда «Маариф».

Большому давлению со стороны руководства Турции подверглись и курдистанские власти. Анкара пыталась принудить Иракский Курдистан признать движение Гюлена террористической организацией, ликвидировать его учреждения и заменить в них преподавательский состав учителями, которые будут направлены турецкими властями. При этом иракские власти согласились с настоятельными просьбами Турции, закрыв школы Гюлена и открыв новые турецкие школы. В настоящее время в Багдаде действует шесть школ фонда «Маариф» с 1,2 тыс. учеников.

Тем не менее руководство Курдистана, «исходя из интересов учащихся», отказавшись закрыть школы и университет Гюлена, формально перевело их под юрисдикцию министерства образования[19] и тиражировало заявления представителя школ Гюлена в Курдистане, что они якобы являются курдистанскими организациями и никак не связаны с Турцией[20]. Fezalar фактически прекратило деятельность, преобразовавшись в курдистанскую организацию Ronaki (курд. «Свет»), как называют образовательное движение «империи Гюлена» (тур. Işık). Президентом Университета Işık, который в 2018 г. сменил наименование на Tishk International University[21], был назначен известный в Курдистане политический деятель Идрис Хади (ранее этот пост занимали турецкие граждане)[22]. В связи со сложившимися обстоятельствами в Турции, возможность выживания за пределами этой страны играет исключительно важную роль для структур Гюлена [Tee, 2018]. В этом смысле Курдистан, являющийся соседней территорией, имеет для них особое значение.

Турецкие власти, не сумев добиться от руководства Курдистана передать им школы Гюлена, осенью 2018 г. открыли школу фонда «Маариф» в Эрбиле на базе ранее существовавшей небольшой (250 учеников) турецкой школы фонда Ихсана Дограмаджи (1915–2010, выходца из Эрбиля туркоманского происхождения, ставшего в Турции известным врачом и основателем Университета Билькент) и сразу же удвоили количество учащихся. В церемонии открытия участвовал один из лидеров AKP, бывший министр сельского хозяйства, депутат турецкого парламента от Диярбакыра этнический курд Мехди Экер, пытавшийся убедить курдистанские власти закрыть 19 школ c 13 тыс. учеников и университет “FETO”. Пресс-секретарь Регионального правительства Курдистана Сафин Дизайи, не отказывая напрямую М. Экеру, заявил о поддержке Турции в вопросах, касающихся ее национальной безопасности, отметив, что из 900 преподавателей, имеющих отношение к движению Гюлена и ранее находившихся в Курдистане, ныне там осталось 100–150 человек [Çelik, 2018]. Турецкие власти, не сумев добиться закрытия школ Гюлена в Иракском Курдистане, пытаются переманить учащихся из этих школ в школы фонда «Маариф». При этом, несмотря на достаточно активное расширение сети школ фонда «Маариф», существуют серьезные сомнения в способности новой организации обеспечить образование более высокого уровня, чем школы Гюлена, которым огромную финансовую поддержку оказывал развивающийся турецкий бизнес, существенно более гибкий, нежели госструктуры. Именно частный характер и отсутствие бюрократии способствовало быстрому реагированию на изменяющиеся внешние условия, что позволяло развивать и совершенствовать учебный процесс, и поддерживать высокое качество образования. Тем более что турецкие власти не могут решить проблему низкого качества среднего образования в самой Турции, особенно в районах Турецкого Курдистана.

Примечательно, что движение Гюлена, в свою очередь, обвиняет фонд «Маариф» в близости к ИГИЛ[23] (запрещена на территории РФ) и в продвижении исламистской политики Эрдогана[24].

Заключение

Образовательные структуры Гюлена в Иракском Курдистане, являясь наиболее престижными и привлекательными учебными заведениями в этом регионе, стали важнейшим каналом «мягкой силы» Турции, консолидируя консервативные исламские и турецкие ценности [Yavuz, 1999, p. 598]. Конфликт Партии справедливости и развития с движением Гюлена лишь привел к расширению сети турецких школ в этом регионе.

Таким образом, учитывая стратегический характер действий данного движения, Турция становится культурным источником для будущей южнокурдистанской элиты, а также для перспективной курдской молодежи, что станет фактором, еще более усиливающим и без того огромное влияние Турции в Южном Курдистане, как в культурном, так и в экономико-политическом отношении.

Литература / References

Киреев Н. Г. Политическая анатомия турецкой происламской Партии справедливости и развития. Ислам на Ближнем и Среднем Востоке. 2014. No. 8. С. 150–168 [Kireev N. G. The Political Anatomy of the Turkish Pro-Islamic Justice and Development Party. Islam na Blizhnem i Srednem Vostoke. 2014. 8. Pp. 150–168 (in Russian)].

Лазарев М. С. Иракский Курдистан — прообраз курдского государства? Азия и Африка сегодня. 2007. № 4. C. 46–49 [Lazarev M. S. Iraqi Kurdistan — A Prototype of the Kurdish State? Aziya i Afrika Segodnya. 2007. 4. Pp. 46–49 (in Russian)].

Akçalı P., Engin-Demir C. Turkey’s Educational Policies in Central Asia and Caucasia: Perceptions of Policy Makers and Experts. International Journal of Educational Development. 2012. 32.1. Pp. 11–21.

Akyol H. An Alternative Approach to Preventing Ethnic Conflict: The Role of the Gülen Schools in Strengthening the Delicate Relations between Turkey and the Iraqi Kurds with Particular Reference to the ‘Kirkuk Crisis.’ Islam in the Age of Global Challenges: Conference Proceedings. Washington, 2008. Pp. 27–58.

Aytaç A. Yurt dışındaki Türk okulları: sulh adacıkları. Istanbul, 2010.

Balci B. Fethullah Gülen’s Missionary Schools in Central Asia and their Role in the Spreading of Turkism and Islam. Religion, State and Society. 2003. 31.2. Pp. 151–177.

Balci B. Situating the Gülen Movement in France and in Europe. Politics, Religion & Ideology. 2018. 19.1. Pp. 69–90.

Başkan F. The Fethullah Gülen Community: Contribution or Barrier to the Consolidation of Democracy in Turkey? Middle Eastern Studies. 2005 41.6. Pp. 849–861.

Başkan-Canyaş F., Canyaş O. The Interplay between Formal and Informal Institutions in Turkey: The Case of the Fethullah Gülen Community. Middle East Studies. 2016. 52.2. Pp. 280–294.

Cicek V., Koca E. Peacebuilding Activities of Gulen-Inspired Institutions through Education in Iraq and the World: Educational Philosophy and Characteristics. Alatoo Academic Studies. 2013. 8.2. Pp. 280–291.

Clement V. Faith-Based Schools in Post-Soviet Turkmenistan. European Education. 2011. 43.1. Pp. 76–92.

Demir C. E., Balci A., Akkok F. The Role of Turkish Schools in the Educational System and Social Transformation of Central Asian Countries: The Case of Turkmenistan and Kyrgyzstan. Central Asian Survey. 2000. 19.1. Pp. 141–155.

Gaynor K. L. Transformations in Turkmen Higher Education: Current Opportunities and Challenges at a New University. Central Asian Survey. 2017. 36.4. Pp. 473–492.

Hendrick J. D. Gülen: The Ambiguous Politics of Market Islam in Turkey and the World. New York, 2013.

Hoşgör E. Islamic Сapital. Balkan N., Balkan E., Öncü A. N. Y. (eds.). The Neoliberal Landscape and the Rise of Islamist Capital in Turkey. New York, 2017. Pp. 142–165.

Koyuncu-Lorasdaği B. The Prospects and Pitfalls of the Religious Nationalist Movement in Turkey: The Case of the Gülen Movement. Middle Eastern Studies. 2010. 46.2. Pp. 221–234.

Pandya S. Hizmet and the Kurdish Question in Southeastern Turkey and Iraq. Turkish Journal of Politics. 2014. 5.1. Pp. 73–94.

Saeidi F. Gülen-Inspired Schools in Southern Kurdistan: Curriculum and Ideology. Journal of Middle Eastern Reaserch. 2017. 1. Pp. 4–27.

Tee C., Shankland D. Said Nursi’s Notion of ‘Sacred Science’: Its Function and Application in Hizmet High School Education. Sociology of Islam. 2013. 1. 3–4. Pp. 209–232.

Tee C. The Gülen Movement in London and the Politics of Public Engagement: Producing ‘Good Islam’ Before and After 15 July. Politics, Religion & Ideology. 2018. 19.1. Pp. 109–122.

Tittensor D. The House of Service: The Gülen Movement and Islam’s Third Way. New York, 2014.

Tittensor D. Islam’s Modern Day Ibn Battutas: Gülen Teachers Journeying Towards the Divine. British Journal of Middle Eastern Studies. 2015. 42.2. Pp. 163–178.

Yanik L. K. The Politics of Educational Exchange: Turkish Education in Eurasia. Europe-Asia Studies. 2004. 56.2. Pp. 293–307.

Yavuz M. H.Towards an Islamic liberalism? The Nurcu Movement and Fethullah Gülen. The Middle East Journal. 1999. 53.4. Pp. 583–604.

Yavuz M. H. Introduction: The Role of the New Bourgeoisie in the Transformation of the Turkish Islamic Movement. The Emergence of a New Turkey: Democracy and the AK Parti. Salt Lake City, 2006. Pp. 1–19.

Yavuz M. H. Toward an Islamic Enlightenment: The Gulen Movement. Oxford, 2013.

Yavuz H. M., Koç R. The Turkish Coup Attempt: The Gülen Movement vs. the State. Middle East Policy. 2016. 23.4. Pp. 136–148.

Газеты / Newspapers

Barzani. Fezalar Institutions’ Services Deserve Admiration. Ishik Newsletter. June 2010.

Bozkurt A. Emerging Turkey Extends Economic Reach Globally. Today’s Zaman. 18.05.2008.

Çelik M. Turkey’s Maarif Foundation opens its first school in Irbil. Daily Sabah. 19.10.2018.

Cemaatin Kuzey Irak‘taki Işık‘ı da sönüyor. Akşam. 24.03.2014.

FETÖ schools still active in 75 countries: Minister. HDN. 30.04.2019.

Güler H. Ankara forces Arbil to close Turkish schools in KRG. Today’s Zaman. 11.03.2014.

“Herêma Kurdistanê alîkarî ji me xwest”. Rûdaw. 23.12.2010. No. 76.

İstegün A. Shining Turkish schools cement Iraq’s social unity. Today’s Zaman. 27.02.2011.

Küçük Ö. Turkey fosters strong educational ties with Iraqi Kurds. Today’s Zaman. 22.09.2013.

Kuzey Irak’ta ‘Gülen’ üniversite. BirGün. 20.02.2008.

Maarif Foundation: Turkey’s international education juggernaut. Daily Sabah. 16.06.2020.

Perwerdehî bingeha kesayetiyeke nû ye. Azadiya Welat. 26.11.2010.

President Gül: Turkish schools abroad largest non-state project. Today’s Zaman. 11.06.2012.

Turkey’s Maarif teaches 30,000 students in 35 countries. HDN (The Hürriyet Daily News). 17.06.2019.

Turkish foundation takes over 108 Gülen-linked schools abroad. HDN (The Hürriyet Daily News). 24.04.2018.

Turkish school opens in northern Iraq, more schools in demand. Today’s Zaman. 01.01. 2012.

Yarar E. Maarif Foundation Becomes Global Brand in Education for Turkey. Daily Sabah. 14.07.2020.

Электронные ресурсы / Electronic sources

Dibistanên FETO yên li Herêma Kurdistanê wê neyên girtin. Sputnik Türkiye. 03.08.2016. URL: http://krd.sputniknews.com/rojhilatanavin/20160803/3747504/Dibistanen-FETO-yen-li-Herema-Kurdistane-we-neyen-girtin.html (дата обращения 19.07.2020).

Encama rapirsiya Rûdawê li ser girtina xwendingehên Gulen li Kurdistanê. Rûdaw. 05.03.2014. URL: https://www.rudaw.net/kurmanci/kurdistan/0503201411 (дата обращения 19.07.2020).

Erdogan pushes further to replace Gülen schools in Africa to spread his ideology. Hizmet Movement. News Archive. URL: https://hizmetnews.com/23839/erdogan-pushes-replace-gulen-schools-africa-spread-ideology/ (дата обращения 11.10.2020).

ISIS ‘Infiltrates’ Erdogan’s Maarif Foundation. Hizmet Movement. News Archive. URL: https://hizmetnews.com/21150/isis-infiltrates-erdogans-maarif-foundation/ (дата обращения 11.10.2020).

Koleja Işikê dê bûrsê bide zarokên şehîdan. Rûdaw. 27.04.2015. URL: http://www.rudaw.net/kurmanci/kurdistan/270420158 (дата обращения 19.07.2020).

Tishk International University. URL: https://tiu.edu.iq/ (дата обращения 11.10.2020).

‘We are a Kurdistan company,’ says Kurdish Gulen school official. Rûdaw. 08.08.2016. URL: https://www.rudaw.net/english/kurdistan/090820166 (дата обращения 19.07.2020).

  1. Нодар Зейналович МОСАКИ, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института востоковедения РАН, Москва; nodarmossaki@gmail.com

    Nodar Z. Mossaki, PhD (History), Senior Research Fellow, Institute of Oriental Studies RAS, Moscow; nodarmossaki@gmail.com

    ORCID ID: 0000-0001-8268-006X

  2. О роли новой буржуазии в исламском движении Турции см.: [Yavuz, 2006; Hoşgör, 2017].

  3. Cemaatin Kuzey Irak‘taki Işık‘ı da sönüyor. Akşam. 24.03.2014.

  4. “Herêma Kurdistanê alîkarî ji me xwest”. Rûdaw. 23.12.2010. No. 76.

  5. Запрещена в РФ.

  6. Koleja Işikê dê bûrsê bide zarokên şehîdan. Rûdaw. 27.04.2015. URL: http://www.rudaw.net/kurmanci/kurdistan/270420158 (дата обращения 19.07.2020).

  7. Perwerdehî bingeha kesayetiyeke nû ye. Azadiya Welat. 26.11.2010.

  8. Kuzey Irak’ta ‘Gülen’ üniversite. BirGün. 20.02.2008.

  9. Turkish school opens in northern Iraq, more schools in demand. Today’s Zaman. 01.01. 2012.

  10. Ситуация несколько изменилась после 2016 г., когда в школах Гюлена появились флаги Курдистана.

  11. Судя по всему, это стипендиаты Gazprom Neft Middle East, активно работающей в Иракском Курдистане.

  12. Encama rapirsiya Rûdawê li ser girtina xwendingehên Gulen li Kurdistanê. Rûdaw. 05.03.2014. URL: https://www.rudaw.net/kurmanci/kurdistan/0503201411 (дата обращения 19.07.2020).

  13. Turkish foundation takes over 108 Gülen-linked schools abroad. HDN. 24.04.2018.

  14. Turkey’s Maarif teaches 30,000 students in 35 countries. HDN. 17.06.2019.

  15. Maarif Foundation: Turkey’s international education juggernaut. Daily Sabah. 16.06.2020.

  16. FETÖ schools still active in 75 countries: Minister. HDN. 30.04.2019.

  17. Fethullahçı Terör Örgütü — террористическая организация фетхуллахистов.

  18. Гвинея, Сомали, Нигер, Судан, Республика Конго, Мавритания, Мали, Чад, Сенегал, Тунис, Габон, Камерун, Кот-д’Ивуар, Демократическая республика Конго, Экваториальная Гвинея, Венесуэла, Пакистан и Афганистан.

  19. Dibistanên FETO yên li Herêma Kurdistanê wê neyên girtin. Sputnik Türkiye. 03.08.2016. URL: http://krd.sputniknews.com/rojhilatanavin/20160803/3747504/Dibistanen-FETO-yen-li-Herema-Kurdistane-we-neyen-girtin.html (дата обращения 19.07.2020).

  20. ‘We are a Kurdistan company,’ says Kurdish Gulen school official. Rûdaw. 08.08.2016. URL: https://www.rudaw.net/english/kurdistan/090820166 (дата обращения 19.07.2020). Похожим образом поступили в ряде стран, например, в Казахстане.

  21. Tishk International University. URL: https://tiu.edu.iq/ (дата обращения 11.10.2020).

  22. Сподвижник лидера ДПК и бывшего президента Курдистана Масуда Барзани Идрис Хади, окончивший аспирантуру Ленинградского электротехнического института связи им. М. А. Бонч-Бруевича и защитивший там диссертацию на соискание кандидата технических наук (1985), занимал различные министерские посты в правительствах Курдистана и Ирака, возглавлял главный столичный вуз Курдистана — Университет им. Салахэддина.

  23. ISIS ‘Infiltrates’ Erdogan’s Maarif Foundation. Hizmet Movement. News Archive. URL: https://hizmetnews.com/21150/isis-infiltrates-erdogans-maarif-foundation/ (дата обращения 11.10.2020).

  24. Erdogan pushes further to replace Gülen schools in Africa to spread his ideology. Hizmet Movement. News Archive. URL: https://hizmetnews.com/23839/erdogan-pushes-replace-gulen-schools-africa-spread-ideology/ (дата обращения 11.10.2020).