Статьи

К реконструкции показателя единичности n- в чадских языках

Аннотация

DOI 10.31696/2618-7302-2020-1-294-302
Авторы
Аффилиация: Институт Востоковедения
главный научный сотрудник
Журнал
Раздел Филологические науки//LINGUAE ORIENTALES
Страницы 294 - 302
Аннотация Чадские языки, наряду с семитскими, египетским, кушитскими, омотскими и берберскими образуют афразийскую (семито-хамитскую) макро-семью. Чадская ветвь включает почти 170 языков Нигерии, Нигера, Камеруна и Чада. Статья отражает очередной этап исследования в области исторической морфологии чадских языков. Темой предыдущих публикаций были область функционирования велярного префикса k- и реконструкция вербализующего префикса ˀa-, см.: [Stolbova, 2015; 2018]. По результатам, полученным на первых этапах исследования чадской исторической морфологии, можно утверждать, что непродуктивные (лексикализованные) аффиксы есть во всех чадских языках, но отождествить фрагмент словоформы как непродуктивный аффикс можно только на основе лексического сравнения. В данной публикации предлагается реконструкция показателя единичности имени существительного n- в чадских языках. Тщательный анализ коллективных имен (которые наиболее типичны для названий людей, копытных животных, насекомых) позволил установить, что производные от них имена единичности регулярно маркируются назальным префиксом n-. Удалось также определить, что этот префикс далее стал маркировать и непроизводные имена единственного числа с той же семантикой. Установленные надежные внешние параллели к рассматриваемой чадской лексике свидетельствует о том, что префикс единичности восходит к прачадскому уровню. Дальнейшие исследования на материале других семантических групп в чадских языках (названия диких животных, птиц, змей), с обязательным привлечением семитского и кушитского материала помогут определить, является ли показатель единичности имени существительного n- исключительно чадской инновацией или его следы обнаруживаются и в других афразийских языках.
Для цитирования: Столбова О. В. К реконструкции показателя единичности n- в чадских языках. Вестник Института востоковедения РАН. 2020. № 1. С. 294–302. DOI: 10.31696/2618-7302-2020-1-294-302
Ключевые слова
Получено 11.11.2020
Дата публикации
Скачать PDF Скачать DOCX Скачать DOC Скачать JATS
Статья

DOI: 10.31696/2618-7302-2020-1-294-302

К РЕКОНСТРУКЦИИ ПОКАЗАТЕЛЯ ЕДИНИЧНОСТИ n-

В ЧАДСКИХ ЯЗЫКАХ

© 2020 О. В. Столбова[1]

Чадские языки, наряду с семитскими, египетским, кушитскими, омотскими и берберскими образуют афразийскую (семито-хамитскую) макро-семью. Чадская ветвь включает почти 170 языков Нигерии, Нигера, Камеруна и Чада. Статья отражает очередной этап исследования в области исторической морфологии чадских языков. Темой предыдущих публикаций были область функционирования велярного префикса k- и реконструкция вербализующего префикса ˀa-, см.: [Stolbova, 2015; 2018]. По результатам, полученным на первых этапах исследования чадской исторической морфологии, можно утверждать, что непродуктивные (лексикализованные) аффиксы есть во всех чадских языках, но отождествить фрагмент словоформы как непродуктивный аффикс можно только на основе лексического сравнения. В данной публикации предлагается реконструкция показателя единичности имени существительного n- в чадских языках. Тщательный анализ коллективных имен (которые наиболее типичны для названий людей, копытных животных, насекомых) позволил установить, что производные от них имена единичности регулярно маркируются назальным префиксом n-. Удалось также определить, что этот префикс далее стал маркировать и непроизводные имена единственного числа с той же семантикой. Установленные надежные внешние параллели к рассматриваемой чадской лексике свидетельствует о том, что префикс единичности восходит к прачадскому уровню. Дальнейшие исследования на материале других семантических групп в чадских языках (названия диких животных, птиц, змей), с обязательным привлечением семитского и кушитского материала помогут определить, является ли показатель единичности имени существительного n- исключительно чадской инновацией или его следы обнаруживаются и в других афразийских языках.

Ключевые слова: чадские языки, афразийские языки, префикс, коллективные имена, категория единичности, реконструкция, когнаты.

Для цитирования: Столбова О. В. К реконструкции показателя единичности n- в чадских языках. Вестник Института востоковедения РАН. 2020. № 1. С. 294–302. DOI: 10.31696/2618-7302-2020-1-294-302

THE SINGULATIVE MARKER n-

IN CHADIC LANGUAGES: A RECONSTRUCTION

Olga V. Stolbova

The Afro-asiatic macro family includes Chadic, Semitic, Egyptian, Cushitic, Omotic, and Berber languages. The Chadic branch consists of about 170 languages spoken in Nigeria, Niger, Cameroon and Chad. The present paper continues a series of publications on Chadic diachronic morphology, focusing on prefixal derivation morphology. (For the velar prefix k- in different noun groups of Chadic languages and the verbalizing prefix ˀa-, see: [Stolbova 2015; 2018]. We propose a reconstruction of the singulative marker n- in Chadic nouns. As follows from our previous studies, lexicalized (or “frozen”) affixes are typical of unwritten Chadic languages; they can be uncovered only on the basis of lexical comparison. A careful analysis of singular forms derived from collective nouns denoting people, hoofed animals or insects suggests that the initial nasal in singular forms should be identified as a derivational prefix. We argue that in Chadic languages, n-forms precipitated the tendency to prenasalize primary singular nouns with the abovementioned semantics (people, animal, insect names). We also discuss external cognates pointing to the proto-Chadic origin of this prefix. Further research, on other Chadic noun groups (wild animals, birds, snakes) and especially on Semitic and Cushitic could clarify whether this morphological innovation was exclusive to Chadic or was shared by other Afro-asiatic languages.

Keywords: Chadic languages, Afro-asiatic languages, prefix, collective nouns, singulative, reconstruction, cognates.

For citation: Stolbova O. V. The Singulative Marker n- in Chadic Languages: A Reconstruction. Vestnik Instituta vostokovedenija RAN. 2020. 1. Pp. 294–302. DOI: 10.31696/2618-7302-2020-1-294-302

Как следует из существующих грамматических описаний, категория числа имени существительного в чадских языках реализуется в двух формах — единственного и множественного числа[2]. Существует несколько моделей образования множественного числа — инфиксация, суффиксация, частичная или полная редупликация, изменение тонального контура (подробнее см. [Порхомовский, Столбова, 1991, c. 334–336]). Вне этой системы находится небольшое количество коллективных (собирательных) имен, обозначающих, в основном, группы людей (1), копытных животных (2) и насекомых (3)[3].

Эта лексика имеет надежные внешние параллели, см. следующие примеры.

1.1. Чад. *gVy/w- «люди»[4]: центр. Gude gìwá «cocедство»; вост. Migama gáyyée «родители»; EDangla gèè, Toram «люди». Весьма вероятно, что к этому же корню восходит и самоназвание западночадского языка кирфи. Носители называют себя Giwo (т. е., «люди»), а свой язык — bu-giwo, буквально – «рот людей» (bu «рот»). Семитская параллель вполне надежна фонетически и семантически: Punique, Phoenician gw “community, corporation” / «сообщество, объединение» [Hoftijzer, Jongeling, 1995, p. 215], Hebrew gōy “people; swarm (of locusts)” / «люди; рой (саранчи)», gēw “community” / «сообщество» [Köhler, Baumgartner, 1958, p. 173–174], Sabaic gwy “community group” / «община, сообщество» [Beeston et al., 1982, p. 51][5]. Заслуживает внимания также изолированная южнокушитская параллель: Iraqw gaˀa «люди, собравшиеся для охоты, сбора меда или военных действий» [Mous, Qorro, Kiessling, 2002, p. 36]. Заметим, что внешние когнаты подтверждают протосемитское происхождение изоглоссы, представленной рефлексами только в сабейском и северозападносемитских языках[6].

В нашем случае существенно, что от чад. *gVy/w- «люди» с помощью назального префикса образуется форма единичности, а именно: *n-gV(w)- «человек, мужчина»: зап. Ngas ngo, go, Mwaghavul ngó, Mupun ǹgwé, ǹgwó «мужчина», ǹgù «человек», Mushere ngú Karekare ngaa, Ngamo ngò «человек».

1.2. Чад. *dVr- «род, клан»: зап. Kupto dùrú «род, братство, родственники»; центр. Bura dur, Musey deera «племя, клан»; вост. Kera gì-dìirə́ «раса» (<*kV-diir-, регрессивная ассимиляция префикса). Семитская параллель и в этом случае представлена рефлексами в сев.-зап. ветви: Ugaritic dr “circle (of relatives and friends); association” / «круг (родственников и друзей)», Hebrew dwr “lifetime; generation” / «поколение» [Olmo Lete, Sanmartín, 2015, p. 277], Phoenician, Punic dr “group of individuals belonging together, family” / « группа людей, связанных между собой, семья» [Hoftijzer, Jongeling, 1995, p. 258–259].

От чад. *dVr- «род, клан»: с помощью назального префикса также образуется форма единичности: *ndVr- «друг»: зап. Gera dôorá «друг»; центр. Lew ndèrà, Marba ndrà «друг», Musey ndara-na «друг, сосед».

Еще в двух аналогичных случаях чадские формы фрагментарны, а внешние параллели не найдены.

1.3. Центр.-чад. Bana gùlà «взрослые», Zulgo gwála «родители, клан», Mafa gwáláy «патрилинейный клан, родственники». Форма единичности: Dzepaw ŋgùlò «предок».

1.4. В близкородственных языках (гр. матакам) представлены как собирательная форма — Muyang bə̀zà «дети», так и образованная от нее форма индивидуалиса — Mada m-bòózò «ребенок» (регрессивная ассимиляция префикса в контактной позиции: nb- > mb-).

Наконец, одна словоформа пока остается без всякой этимологии, а именно, вост. EDangla àgìnày колл. «родители, предки».

Как показывает лексический материал, префикс единичности n- в дальнейшем стал маркировать непроизводные формы ед. ч. имен, обозначающих лиц мужского пола в отдельных чадских языках. См. следующие примеры:

1.5. Чад. *n-gVr- «мужчина, раб»: зап. Mwaghavul gwar, Mupun gwàr «человек, мужчина», Ngamo ngàru «раб, слуга», Kulere nger- «брат»; центр. Gude n-gúrá «мужчина, муж», Makari ngwaru «раб», вост Mubi gúró-k «мужчина». У чадского корня есть надежная кушитская параллель: *gәrw-a «мужчина»: Bilin, Kemant gərwa, Xamtanga gəlwa [Appleyard, 2006, p. 96]. Заслуживает внимания также сем. Sabaic gwr “master, lord” / «господин» [Beeston et al., 1982, p. 51].

1.5а. То же самое имя засвидетельствовано с суфф. м. р. -f-: чад. *n-gVr-f- «гость, друг, раб»: зап. Ngamo ngèrhô, ngarhò «гость», Bolewa ngorofi “stranger, guest, foreigner” / «гость, чужой». Karekare nǯarafu «друг»; центр. Masa, Ham gòrvò «раб».

1.6. Чад. *n-ǯV «мужчина»: зап. Paa nǯu «мужчина, муж»; центр. Dzǝpaw nǯì, Dari nǯī «мужчина»; вост. Кajaksa nǯo «человек», Mubi nǯóo «мужчина».

1.6а. Производное с суфф. м. р. -f-: чад. *n-ǯV-f- «мужчина, муж»: зап. Diri n-ǯəvu, Warji ǯifa-na «мужчина», Jimbin ǯuhu, Mburku ǯifu, Kariya ǯifá-na, Cagu ǯufu «мужчина», Miya ǯìfanà «мужчина, муж»; центр. Ham, Musey n-ǯù-f, Gizey, Masa ǯù-f «муж».

В качестве внешней параллели заслуживает внимания Arabic ḏū (ḏw) “maitre, possesseur” / «господин, владелец» [Biberstein-Kazimirski, 1860, v. I, p. 786].

1.7. *bar- «мужчина, человек»: зап. Tala baar, mbar, Jimi mbur, центр. Mada mbre, Gisiga mburo, вост. Dormo bara, Gabri barua, Ndam bàr.

1.8. Присоединяясь к имени, префикс может вытеснить слабый ларингал, ср. два варианта одной и той же прото-формы:

1.8а. Чад. *ˀada «отец»: зап. Daffo ˀádá, Monguna, Sha ˀadá, Fyer dóo; центр. Malgwa dá, Hdi da, Sakun da.

1.8b. Чад. *n-da (< *n-ˀada) «отец (уважительная форма обращения)»: зап. Ngas ndèe «уважительное обращение к вождям, отцам и старшим», Goemai ndá «отец, дядя», Montol ndaa «отец, вождь», Mwaghavul, Mupun dàa «отец (уважительная форма обращения)», Chip, Kofyar nda «отец».

Внешняя параллель представляется вполне надежной: сем. Ugaritic ảd “father” / «отец», Amorite /ˀad/ “lord, father” / «господин, отец» [Olmo Lete, Sanmartín, 2015, p. 16][7].

2. В семантическом поле, включающем названия парнокопытных, есть несколько синонимов для коллективного имени «стадо» с надежной афразийской этимологией.

2.1. Чад.*bir- (< *biHr-) «стадо»: зап. Karekare biri, Ngizim bǝ́ri «стадо (животных)»; центр. Bura bri «стадо крупного рогатого скота», Fali Kiriya bǝ̀rrì «стадо коров», Buwal bré «стадо», Sakun biri «стадо домашних животных». Производные с семантикой сингулятива отсутствуют, но имеется надежная семитская параллель: Hebrew bəˁīr “cattle, livestock” / «крупный рогатый скот», Aramaic (Judaic) bəˁīr(ā) grazing animal, cattle” / «жвачные животные, скот», Syriac bǝˁīrā, Neo-Syrian bˁîrâ “cattle” / «скот», Sabaic bˁr “cattle, head of cattle” / «скот, голова крупного рогатого скота», Geez bǝˁǝr “ox, bull, horned cattle” / «бык, рогатый скот», Tigre, Tigrinya bǝ́ˁray “ox, bull” / «бык». См. *bVˁVr- “household animal; beast of burden” / «домашнее животное; вьючное животное» в: [Militarev, Kogan, 2005, p. 73]. В эту этимологию авторы включили также лексемы с семантикой «верблюд». Представляется, что именно эти когнаты повлияли на реконструкцию исходной семантики на прасемитском уровне (значение “cattle” / «скот» кажется более адекватным основной лексике, чем «домашнее животное; вьючное животное»).

2.2. В следующем случае в чадских языках еще сохраняется рассматриваемая оппозиция (коллективное имя ~ форма единичности с префиксом n-): центр. Malgwa ə́ła «(крупный рогатый) скот», Makari ša «стадо коров». Форма с префиксом единичности — Logone n-ɫa[8] «корова». В нескольких языках следы префикса опознаются по редупликации (например, центр. Wandala èłłá, Mada ałła «корова» < ałła, ассимиляция < *nła) или по нерегулярному озвончению начального согласного (например, зап. Buli, Dott ɮáa «корова», Buwal ɮà «корова» < nɮaa < *n-ɫaa). В остальных языках следы префикса не сохранились (например, центр. Zulgo, Baka ɫa «корова», Merey ła «корова, бык» и т. д.). У чадского корня есть надежная кушитская параллель (отметим аналогичное изменение семантики: «скот» > «корова»): Beja šaˀ «корова, рогатый скот» [Reinish, 1886, p. 208], Saho saˁa «стадо, скот» [Vergari, 2003, p. 150], Afar saˁa  «корова, скот» [Reinish, 1895, p. 894], вост. *šaˁ- «корова»: Burji saa, Somali saˁ, Oromo saˀa, Hadiya saayya, Sidamo sa(ˀ)-a, Konso saa [Sasse, 1978, p. 161], гр. рифт *ɫee «корова» [Kiessling, Mous, 2003, p. 260].

2.3. Наконец, если рассматривать супплетивную форму мн. ч. в вост.-чад. языке Somrai (bàge «овцы», при dəmayny «овца») как коллективное имя («стадо овец»), последнему можно сопоставить производные с префиксом единичности: зап. Mupun m̀báak; центр. Mwulyen ḿ-bága-tí[9], Bachama m-baga-to «овца». Надежные внешние параллели обнаруживаются в кушитских и омотских языках: куш. *bäg-a «овца»: Bilin, Xamtanga bäga, Kemant biga, Kunfäl bagi, омот. Bworo baggoo, Kaffa bagee «овца» [Долгопольский, 1973, c. 39; Appleyard, 2006, p. 121].

Еще несколько релевантных форм в отдельных чадских языках пока остаются без этимологии. Это центр. Sakun dukul «стадо диких животных», Zulgo pálám «стадо», вост. Bidiya gàmàŋ «стадо домашних животных».

Многочисленные примеры говорят о том, что и в этой семантической группе префикс единичности распространился на непроизводные имена. Ниже приведены некоторые наиболее показательные случаи присоединения префикса единичности к названиям копытных животных. Существенно, что исходная и производные формы (разделяются знаком ~) представлены даже внутри небольших групп, более того — в документации одного и того же языка разными исследователями (при абсолютном тождестве семантики).

2.4. Зап. Hausa bàreewaa «вид газели» (“red fronted gazelle”) ~ зап. (гр. варджи) *ta-m-bur-: Paa tá-m-burà «вид газели» (“red fronted gazelle”), Siri təmbəri, Mburku, Kariya tambur «газель».

2.5. Вост. (гр. леле) Ndam bùri “cobe onctueux” (крупная африканская антилопа) ~ Lele mbur “cobe onctueux”.

2.6. Зап. (гр. зар) Buli báan «газель» ~ Dott mbaaŋ «газель».

2.7. Зап. Goemai geem «баран» [Foulkes, 1915, p. 185] ~ ngéem «баран» [Jungraithmayr, Holubova, 2016, p. 204].

3. Среди названий насекомых в чадских языках (особенно — в Dangla, Bidiya) также встречаются коллективные имена, например: вост. WDangla bísà, EDangla bìsì колл. «комары», EDangla bírbìnò колл. «стрекозы», Bidiya gusgus колл. «вид насекомого», gùǯàanà колл. «термиты», poolo «пчелиный рой», зап. Hausa gàraa колл. «термиты», центр. Logone dɨbɨne «рой»[10].

В следующих случаях, на основании сопоставлений, можно квалифицировать форму с префиксом в чадских языках как имя единичности.

3.1. Вост. WDangla bísà, EDangla bìsì колл. «комары», Mawa bisi, Ubi biziyo «комар» ~ центр. чад. Muyang ὲmbižēy «насекомое».

3.2. Сем. Arabic burġuṯ- “puce” / «блоха» [Biberstein-Kazimirski, 1860, v. I, p. 113] ~ центр.-чад. Daba m-bùrgūč «вошь».

3.3. Вост. куш. Somali aboor колл. «термиты» [Luling, 1987, p. 5] ~ центр.-чад. Mbara mbàaráy «маленький черный муравей».

3.4. Куш. *baˀar-imo (n. sing. m.)[11] «муха, пчела», *baˀari «пчелы» [Kiessling, 2003, p. 67] ~ зап.- чад. Bolewa m-boori «вид пчелы».

Многочисленные примеры форм с префиксом и без него можно найти внутри одной и той же группы чадских языков. Вот лишь некоторые из них;

3.5. Вост. Kaba, Nanchere gərsa «вошь» ~ вост. Tumak ngírsā, Lele ngirsa; центр. Munjuk ŋərsa, Mbara ngírsà «вошь».

3.6. Зап. (гр. нгас) Mushere bwaal «кузнечик» ~ Mwaghavul mbwàl «кузнечик, саранча», Mwaghavul fwàš ‘termites’ ~ nfwàš ‘termite’.

3.7. Центр (гр. котоко) Makari tasi ~ Logone, Kuseri ntasi «вошь».

Приведем также несколько изолированных глосс: зап. Ngizim angwan «саранча». Bolewa mbìrìr «оса», ngèrwè «черный скорпион», nǯàmaki «пчела», центр. Dzepaw ŋgùn «вид гусеницы», Vame nzinzay «сверчок», njujaw «муха це-це», Muyang ndèrèwīz «цикада», Musey ndaara «вошь», Sakun mberday «скорпион», ngudiɫ «вид сверчка».

В чадских языках, названия насекомых часто имеют структуру C1V(C2)-C1V(C2)-, т. е. — форму мн. ч.[12], см. следующие примеры: центр. Bura pərpər «бабочка», Musey piirpiira «бабочка, мотылек», Logone abuba «насекомое», вост. Migama gòrgòr, Dangla gôrgòr «клоп», Lele ɓòrɓór «клоп», Migama pìrpìr «вид комара», WDangla zèzúwà «клоп», EDangla pátpàt «маленькое красное насекомое», Kera ádə̀bdə̀bə̀ «муха це-це».

От редуплицированных форм в чадских языках также образуется форма единичности:

3.8. Зап. Bolewa galgal-mà «большие термиты» ~ зап. Daffo, Bokkos ngàl «термит», центр. Sakun ngwalay «вид муравья».

3.9. Зап. (гр. нгас) *gwa-gwa > gwak «кузнечик, саранча»: Ngas gwok ~ Goemai n-gok, Mupun n-gòk, Mushere ngok. У чадского корня есть надежная семитская параллель: Arabic ġawġā- мн.ч. “sauterelles qui commencent à voler” / «саранча, которая становится на крыло» [Biberstein-Kazimirski, 1860, v. II, p. 519].

3.10. Зап. (гр. нгас) Ngas púlpùl «бабочка» ~ Mupun npílpùul, Mwaghavul m̀púlpùl‚ «бабочка», m̀píl-wus “firefly” / «мотылек» (wus «огонь»).

3.11. Наконец, в следующем случае в результате метатезы префикс единичности в редуплицированной форме продвигается в позицию С2, а именно:

3.11.a. Исходная форма: чад. *ˀitV «вошь»: зап. Monguna tíˀ; центр. Gude uta.

3.11.b. Форма с преф. ж.р. и преф. единичности: центр. Peve tandi (< ta-n-Vti) «вошь».

3.11.c. Редуплицированная форма: *ˀitat- «вошь»: центр. Bata tétiye «вошь», Ouldem àtàt «вошь, паразиты», Mada étet «вошь»; вост. Migama ˀítàatá, EDangla íttà «вошь, клещ, паразиты», WDangla êttà «вошь».

3.11.d. Редуплицированная форма с префиксом единичности, продвинутым в позицию С2 (n-ˀitVt- > ˀintVt-): вост. Mabire intat «головная вошь», Jegu ˀìntáató «вошь». Чадский корень имеет надежную параллель в кушитских языках, а именно: Beja taat «вошь», мн. ч. [Reinish, 1986, p. 232], Aungi inti, antii «вошь» [Appleyard, 2006, p. 95], гр. рифт *ˀitaa (колл.) «вши», ˀiti-d-imoo (сингулятив) «вошь» [Kiessling, Mous, 2003, p. 167]. Отметим, что и в кушитских языках нейтральной формой является коллективное имя, а производной — форма единичности с суфф. –imoo.

Приведенный в последнем разделе материал наиболее интересен в масштабе всей афразийской семьи. Во-первых, среди названий насекомых реконструированных для прасемитского, также есть редуплицированные формы: *sā/ūs “moth” / «мотылек», *šumšum “ant” / «муравей», *pVšpVš “bug” / «жук», *gūg- “kind of insect” / «вид насекомого»,*zīz- “kind of insect” / «вид насекомого», *ṣarṣa/ūr “cricket” / «сверчок, кузнечик» [Militarev, Kogan, 2005, p. 415]. Причем для последнего корня на прасемитском уровне реконструируется синоним с назальным префиксом, а именно:

3.12a. Cем. *ṣarṣa/ūr “cricket” / «сверчок, кузнечик»: Akkadian ṣarṣaru, Eblaite ṣa-ṣa-ru10-um, Hebrew ṣarṣūr, Judaic ṣarṣərā, Arabic ṣarṣar, ṣurṣur [Militarev, Kogan, 2005, p. 277–278).

3.12b. Сем. *nVṣVr “cricket” / «сверчок, кузнечик»: Hebrew nēṣär, Syraic nāṣorā, Tigre ˀənṣərar, Tigrinya ˁənċ’ərar, Amharic ənċ’ərar [Militarev, Kogan, 2005, p. 222].

Сравнительный материал позволяет идентифицировать назальный префикс в эфиосемитских языках еще в одном случае:

3.13. Центр. чад. Muyang bàtútú «вид саранчи», Hdi bata-k «кузнечик» ~ сем. Geez ˀanbaṭā “locust” / «саранча», Tigrinya ˀanbāṭa, Tigre ˁämbäṭa, Amharic, Argobba, Gafat anbäṭa, Gurage ambäṭa [Leslau, 1987, p. 27].

И, наконец, продвижение префикса в позицию С2 в чадских и кушитских языках: Migama ˀítàatá ~ Jegu ˀìntáató, Aungi inti, antii < *n-ˀìt-(Vt)- «вошь» (см. пример 3.11.d.) схоже с инфиксацией -n- в семитских языках. См. следующие примеры:

3.14. Tigrinya gwädäbä “a kind of harmless grasshopper” / «вид кузнечика» ~ Arabic gandab- “kind of locust” / «вид саранчаи» [Militarev, Kogan, 2005, p. 118–119].

3.15. Ugaritic ˁḳrb, Arabic ˁaḳrab, Geez ˁaḳrab, ˀaḳrab, etc. “scorpion” / «скорпион» ~ Tigrinya ˁənḳərəbit “scorpion” / «скорпион» [Militarev, Kogan, 2005, p. 48–49].

3.16. Hebrew zəbūb- “flies” / «мухи», Aramaic dībābā “fly” / «муха», Arabic ḏubāb- “mouche, abeille” / «муха, пчела», Mehri ḏəbbēt dībābā “fly” ~ Akkadian zumbu, zubbu, zunbu, Geez zənb, Tigrinya zənbi, Amharic zənb, zəmb“fly” / «муха», etc. [Militarev, Kogan, 2005, p. 108–109].

Некоторые выводы

Как показало настоящее исследование, префикс n- является весьма архаичным элементом чадской деривационной морфологии. Есть все основания полагать, что изначально префикс образовывал форму единичности от коллективных имен, обозначающих группы людей (об этом свидетельствуют надежные внешние параллели), затем — и от коллективного имени «стадо (парнокопытных)» и от имен, обозначающих массы насекомых. Расширив сферу применения, префикс единичности стал маркировать непроизводные имена ед. ч., входящие в перечисленные выше семантические группы. Несколько словоформ, в которых можно подозревать наличие того же префикса (в основном — с метатезой в позицию С2) были обнаружены в других афразийских языках. В дальнейшем предполагается расширить лексическую базу — исследовать на чадском материале семантические группы диких животных, змей, рыб, птиц. Возможно, нам удастся обнаружить убедительные примеры, подтверждающие активность этого префикса в семитских и кушитских языках. Поскольку наиболее архаичные лексические формы с префиксом n- имеют семантику «человек, мужчина», нельзя исключить связь префикса с чадским и афразийским личным местоимением 1 л. ед. ч. *n-.

Сокращения / Abbreviations

Вост. — восточный

гр. — группа

зап. — западный

колл. — коллективный

куш. — кушитский

омот. — омотский

преф. — префикс,

сем. — семитский

суфф. — суффикс

центр. — центральный

чад. — чадский

E — East

W — West

Литература / References

Долгопольский А. Б. Сравнительно-историческая фонетика кушитских языков. М., 1973 [Dolgopolsky A. B. Comparative-Historical Phonology of Cushitic Languages. Moscow, 1973 (in Russian)].

Порхомовский В. Я., Столбова О. В. Чадские языки. Языки Азии и Африки. Т. IV, кн. 2. М., 1991. C. 323–386 [Porkhomovsky V. Ya., Stolbova O. V. Chadic Languages. Languages of Asia and Africa. V. IV (2). Moscow, 1991. Pp. 323–386 (in Russian)].

Appleyard D. A Comparative Dictionary of the Agaw Languages. Kӧln, 2006.

Beeston A. F., Ghul M. A, Müller W. W., Ryckmans J. Sabaic Dictionary. Louvain-la-Neuve, 1982.

Biberstein-Kazimirski A. de. Dictionnaire arabe-franҫais. Vol. I–II. Paris, 1860.

Diakonoff I., Kogan L. Semitic Terms of Kinship and Social Sphere. Ibrishimow D., Leger R., Seibert U. (eds.). Von Ägypten zum Tschadsee. Eine linguistische Reise durch Afrika. Würzburg, 2001. Pp. 147–159.

Ebert K. Sprache und Tradition der Kera (Marburger Studien zur Afrika- und Asienkunde 8). Berlin, 1976.

Foulkes H. D. Angass Manual. London, 1915.

Frajzyngier Z. A Grammar of Pero. Berlin, 1989.

Gelb I. J., Jacobsen Th., Landsberger B., Oppenheim A. L. (eds.). The Assyrian Dictionary of the Oriental Institute of the University of Chicago. Vol. V. Glückstadt, 1956.

Hoftijzer J., Jongeling K. Dictionary of the North-West Semitic Inscriptions. Leiden, New York, Köln, 1995.

Jungraithmayr H., Holubová M. The Ngas Language (Shik Ngas). Berlin, 2016.

Kiessling R., Mous M. The Lexical Reconstruction of West-Rift Souhern Cushitic. Köln, 2003.

Köhler L., Baumgartner W. Wörterbuch zum hebräischen alten Testament. Leiden, 1958.

Leslau W. Comparative Dictionary of Ge’ez. Wiesbaden, 1987.

Luling U. Somali-English Dictionary. Wheaton, 1987.

Militarev A. The Significance of Etymology for the Interpretation of Ancient Writings: From the Jewish Bible to the New Testament. The Jewish Conundrum in World History. Appendix 2. Boston, 2010. Pp. 212–257.

Militarev A., Kogan L. Semitic Etymological Dictionary. Vol II. Mūnster, 2005.

Mous M., Qorro M., Kiessling R. Iraqw-English Dictionary. Köln, 2002.

Olmo Lete del G., Sanmartín J. A Dictionary of the Ugaritic Language in the Alphabetic Tradition. Vol I. Leiden, Boston, 2015.

Reinish L. Die Afar-Sprache. Wien, 1886.

Reinish L. Wörterbuch der Beḍauye-Sprache. Wien, 1895.

Sasse H.-J. The Consonant Phonemes of Proto-East-Cushitic. Afroasiatic Linguistics. 1978. 7(1). Pp. 1–67.

Stolbova O. Elements of Chadic Diachronic Morphology — The Verbalizer ‘alef’. Ibriszimow D. (ed.). Topics in Chadic Linguistics IX. Papers from 8th Biennial Colloquium on the Chadic Languages. Köln, 2018. Pp. 57–63.

Stolbova O. Velar prefixes in Chadic. Frankfurter Afrikanistische Blätter. 2015. 22. Pp. 93–111.

Vergary, M., Vergari R. A basic Saho-Inglish-Italian Dictionary. Eritrea, 2003.

Электронные ресурсы / Electronic sources

Столбова О. В. Chadic Data Base. Научная электронная библиотека Elibrary.ru. URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=37352605 (дата обращения 12.03.2020).

  1. Ольга Валерьевна СТОЛБОВА, доктор филологических наук, главный научный сотрудник Института востоковедения РАН, Москва; Stolboba.O@yandex.ru

    Olga V. STOLBOVA, DSc (Philology), Principal Research Fellow, Institute of Oriental Studies RAS, Moscow; Stolboba.O@yandex.ru

    ORCID ID: 0000-0002-2190-4311

  2. Единственным исключением является язык перо (зап. ветвь). Согласно З. Фрайзингеру, «“number” is not a category in the grammatical system of Pero nouns» («“число” не является грамматической категорией имени в языке перо») [Frajzynger, 1989, p. 124].

  3. В языках кера (вост. ветвь) собирательные имена маркируются префиксом k-, например, kə́-sáabò колл. «саранча», kə́-már колл. «дети», kə́-čə́ŋ колл. «скот», kə́-kə́w колл. «мухи» [Ebert, 1976]. Эта инновация не имеет аналогии в чадских языках.

  4. Этимологическая статья начинается с реконструированной проточадской формы под звездочкой и ее предполагаемого значения. Далее приводятся рефлексы в отдельных чадских языках (в следующем порядке: западная ветвь, центральная, восточная). Фрагментарная лексика приводится без общечадской реконструкции. Названия афразийских языков даются в латинице. Полный список источников по чадским языкам см.: Столбова О. В. Chadic Data Base. Научная электронная библиотека Elibrary.ru. URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=37352605 (дата обращения 12.03.2020).

  5. По мнению А. Милитарева, к этому же семитскому корню восходят следующие формы: Arabic gāwāyin- “encampment; military tent, camp” / «военный лагерь», Geez ge “territory” / «территория», Amharic ge “country, town” / «страна, город», Gurage gē, ge ‘country, village” / «страна, деревня» [Militarev, 2010, p. 232]. На прасемитском уровне А. Милитарев реконструирует корень *gaw(Vy)- “community, group sharing a common territory” («сообщество, группа, живущая на одной территории»). Не вдаваясь в дискуссию о правомерности такого объединения, заметим, что развитие семантики от «люди, сообщество» к «сообщество, группа, живущая на одной территории» произошло только в семитских языках, и не может повлечь за собой изменение реконструируемой семантики на афразийском уровне.

  6. Согласно: [Gelb et al., 1957, p. 9], Akkadian gâˀu (Mari) “group, gang (of worksmen)” / «группа, бригада ремесленников» заимствовано из западносемитских языков. Иначе см.: [Diakonoff, Kogan, 2001, p. 157].

  7. По мнению авторов: [Olmo Lete, Sanmartín, 2015, p. 16], угаритская форма — это так называемое «лепетное» слово / “childish onomatopeia”.

  8. В литературе по чадским языкам знаки ɫ и ɮ используется для обозначения латеральных фрикативных (глухого и звонкого). Этимологически чад. соответствует сем. *ś.

  9. Суффикс (и префикс, см. пример 2.4.) ж. р. t восходят к чадскому личному местоимению 3 л. ед. ч. ж.р. *ta.

  10. По мнению А. Г. Беловой (устное сообщение), в арабском языке большинство названий насекомых выступают в виде имен коллективных. См., например, Arabic baqq- (колл.), baqqat-un (имя единичности) “punaise” / «клоп», daban (dby) (колл.), dabāt-un (имя единичности) “petites sauterelles; petites fourmis” / «маленькая саранча, маленькие муравьи» [Biberstein-Kazimirski, 1860, v. I, p. 148, 669]. Аналогичные примеры можно найти и в других cемитских языках. Например, Sabaic ˀrby (колл.) “locusts”/ «саранча» [Beeston et al., 1982, p. 7], Hebrew ˀarbǟ “locusts, properly speaking: swarm” / «саранча, рой саранчи» [Köhler, Baumgartner, 1958, p. 82].

  11. О суффиксах единичности имени в языках рифт см.: [Kiessling, Mous, 2003, p. 26].

  12. Как отмечалось выше, один из способов образования мн. ч. имени в чадских языках — это полная редупликация.